Несли с собой черную беду: эти три фамилии считалась проклятой в Древней Руси - и сейчас их обходят с опаской

Проклятые фамилии существовали на Руси не только в легендах — некоторые из них до сих пор вызывают суеверный страх у тех, кто знает их историю. В древности считалось, что определённые семейные имена несут в себе разрушительную силу, способную повлиять на судьбу не только носителя, но и его окружения.

В Древней Руси имена и прозвища имели магическое значение — предки верили, что, узнав истинное имя человека, злые духи могли навредить ему. Поэтому детям часто давали двойные имена: тайное христианское при крещении и «мирское» прозвище, которое становилось защитой от нечисти. Парадоксально, но для оберега выбирались нарочито плохие, отпугивающие имена — Некрас, Дурак, Злоба, Беда, Смерть. Логика была проста: если назвать ребёнка Некрасом, он вырастет красавцем, если Бедой — проживёт счастливую жизнь. Со временем эти прозвища превратились в фамилии, которые потомки получали через века — Бедов, Некрасов, Дураков, Смертин.

Однако три фамилии выделялись особой дурной славой — их считали не просто неблагозвучными, а по-настоящему проклятыми.

Беда — имя несчастья

Фамилия Беда восходит к древнерусскому слову «беда» в значении «несчастье». В XV веке упоминается Алексей Беда, дьяк великого князя Василия Тёмного, а в 1506 году — Андрей Фёдорович Беда. Эта фамилия была распространена по всей Руси и использовалась как защитное прозвище — родители надеялись, что назвав ребёнка Бедой, они отведут от него настоящее несчастье. От этого прозвища образовались фамилии Бедов, Бедин, а также украинская и белорусская бессуффиксальная форма Беда.

Народные поверья связывали эту фамилию с тяжёлой судьбой — носители имени якобы притягивали к себе и окружающим беды и неудачи. Этнограф Дмитрий Зеленин в труде «Восточнославянская этнография» (1927) отмечал, что русские верили: хорошее имя может сглазить, а плохое — защитить. Однако в случае с фамилией Беда суеверие приобрело обратный эффект — люди стали избегать её носителей, опасаясь, что те принесут несчастье в их дом.

Горе — знак вечной печали

Фамилия Горе и её производные — Горев, Горемыкин, Жалобин — произошли от древнерусских прозвищ, связанных с печалью и страданием. Такие имена давали детям в надежде, что они вырастут счастливыми, но со временем фамилия приобрела зловещую репутацию. Слово «горе» на Руси было синонимом беды, кручины и несчастья, и его носители якобы были обречены на тяжёлую жизнь.

Историк Владимир Даль в «Толковом словаре» (1863–1866) упоминает, что слово «горе» имело не только значение печали, но и связывалось с проклятиями и злой судьбой. Фамилия Горев встречалась среди крестьян, чьи предки действительно жили в бедности и лишениях. В народе говорили: «С Горевым дела не заводи — беду на себя накличешь». Эта фамилия стала символом вечного страдания, и её обладателей сторонились, считая, что их присутствие приносит несчастье.

Смерть — самое страшное имя

Фамилия Смерть и её варианты — Смертин, Смертников — считались самыми зловещими на Руси. Прозвище Смерть давали детям как оберег, надеясь, что это отпугнёт настоящую смерть от ребёнка. В «Ономастиконе» исследователя Веселовского упоминаются носители этого имени ещё в средневековье. Однако, в отличие от других защитных прозвищ, это имя не утратило своего страшного смысла — люди верили, что его носители приносят гибель и разрушение.

Антрополог Сергей Токарев в работе «Религиозные верования восточнославянских народов» (1957) отмечал, что родители выбирали «плохие» имена, чтобы сделать детей непривлекательными для демонов. Но фамилия Смерть вызывала суеверный ужас — её обладателей избегали на свадьбах, крестинах и похоронах, считая, что их появление может накликать беду на всех присутствующих. В народе сохранилась примета: если человек с фамилией Смерть войдёт в дом больного, тот не выздоровеет.

Эти три фамилии — Беда, Горе и Смерть — до сих пор окружены ореолом мистики. Несмотря на их защитное происхождение, народная память сохранила суеверный страх перед ними, и многие современные носители этих фамилий сталкиваются с предубеждением, унаследованным из глубины веков.