Логотип новостного портала Прогород

Во время посещения сайта Вы соглашаетесь с использованием файлов cookie, которые указаны в Политике обработки персональных данных.

Вот что происходит с человеком, когда близится смерть: медсестра реанимации назвала главную примету

Вот что происходит с человеком, когда близится смерть: медсестра реанимации назвала главную приметуПро Город

В реанимации есть примета, которую медики узнают сразу: если безнадежно тяжелому пациенту вдруг становится заметно лучше, это часто означает скорую смерть. Об этом рассказала медицинская сестра реанимационного отделения из Великобритании по имени Коннер, много лет работающая в интенсивной терапии. Ее история напомнила, насколько эмоционально тяжелой и изматывающей бывает работа тех, кто каждый день находится рядом с людьми на грани жизни и смерти.

Со стороны кажется, что медсестра просто выполняет стандартные процедуры и следует инструкциям. На деле каждый ее рабочий день – это полный уход за тяжелыми пациентами: кормление, смена белья, гигиена, профилактика пролежней, перевороты каждые несколько часов, уход за трахеостомами, постоянная оценка состояния, быстрые реакции на малейшие изменения. Параллельно нужно строго соблюдать все назначения врачей, работать с аппаратурой и успевать за несколькими пациентами сразу. Любая ошибка или задержка могут стоить человеку жизни, и это чувство ответственности не отпускает ни днем, ни ночью.

Расхожее мнение о том, что медики «привыкают» к смерти и перестают переживать, Коннер назвала мифом. По ее словам, даже после многих лет работы медсестры и врачи продолжают плакать, когда умирает пациент, за которым они долго ухаживали. Особенно тяжело, когда после выходного или смены узнаешь, что человека, с которым еще вчера разговаривал, больше нет. Не менее болезненно встречать родственников, которые привозят близкого человека в последний раз, часто до конца веря, что произойдет чудо, а медицина «обязательно спасет».

Работа в реанимации – это постоянный контакт не только с чужой болью, но и с агрессией. Люди в критическом состоянии, под сильным стрессом или в отчаянии, нередко кричат, оскорбляют и обвиняют персонал, бросают фразы вроде «чтобы ты сам так мучился». Медсестрам приходится выдерживать этот поток, оставаясь профессиональными и продолжая делать свою работу. К этому добавляются жалобы, разбирательства, внутренние проверки, когда сотрудник может оказаться под подозрением, даже если объективно ни в чем не виноват. Все это накапливается и создает мощное эмоциональное выгорание.

На фоне такого опыта особенно отчетливо в памяти остаются случаи, связанные с так называемой «последней вспышкой» перед смертью. Коннер вспомнила историю десятилетней давности: в отделении лежала женщина около сорока лет с диагнозом, который медики считали несовместимым с жизнью. Накануне врачи не ожидали улучшения, но утром пациентка неожиданно оживилась. Она сама поела, попросила привести себя в порядок, причесалась, достала лак и начала красить ногти. Для молодой медсестры это выглядело как долгожданный прогресс – казалось, что организм начал бороться.

Однако дежуривший с ней врач с тридцатилетним стажем, посмотрев на женщину, спокойно сказал, что к вечеру она умрет. Услышав возражение о том, что пациентке явно лучше, он ответил фразой, которую Коннер запомнила на всю жизнь: перед смертью человеку часто становится легче. В тот же день к вечеру пациентка действительно умерла. Для медсестры это стало шоком и одновременно уроком: внешнее улучшение у безнадежных больных не всегда означает выздоровление, иногда это, наоборот, последний этап перед уходом.

Медики связывают такие случаи с явлением, которое в литературе называют терминальной луцидностью. Речь идет о внезапном, кратковременном возвращении ясного сознания, памяти и даже физической активности у пациентов с тяжелыми заболеваниями – онкологией, деменцией, тяжелой неврологической патологией – незадолго до смерти. Люди, которые долго были в спутанном сознании или практически не реагировали на окружающее, вдруг начинают четко говорить, вспоминать события, просят позвать родственников, прощаются или «наводят порядок» в привычных для себя вещах.

Единого научного объяснения этому феномену пока нет, но существует несколько рабочих гипотез. Одна из них – гормональный всплеск: перед смертью организм может выбрасывать в кровь критические дозы адреналина и стероидных гормонов, что дает краткий «заряд» сил и активности. Другая гипотеза связана с изменением химии мозга на фоне отказа органов и сдвига параметров крови – иногда эти изменения на короткий период как бы «переключают» нейронные связи, давая иллюзию улучшения когнитивных функций. Есть и психологическое объяснение: считается, что мозг может мобилизовать остаточные ресурсы, чтобы человек успел попрощаться, попросить прощения, что‑то сказать близким или просто почувствовать себя собой в последние часы.

Для медсестер и врачей такие эпизоды одновременно и трогательны, и тяжело переносимы. С одной стороны, они видят, как человек получает небольшой «подарок» – возможность еще раз поговорить с семьей, привести себя в порядок, сделать то, на что долго не было сил. С другой – понимают, что это почти всегда сигнал скорого конца, который близкие часто воспринимают как надежду на восстановление. Медики оказываются в сложной позиции: нужно продолжать ухаживать, поддерживать родственников и при этом оставаться профессионалами, зная, чем все закончится.

Истории вроде той, что рассказала Коннер, показывают, что работа в реанимации – это не просто набор манипуляций, а ежедневное соприкосновение с предельными состояниями человеческой жизни. Терминальная луцидность становится для медиков своеобразной тихой приметой: если безнадежно больному внезапно становится слишком хорошо, они готовятся к худшему, оставаясь рядом до самого конца. И именно эта готовность быть рядом в последние часы часто остается невидимой, но является одной из самых тяжелых и важных сторон их профессии.

Источник: pnz.ru

Что еще стоит узнать:

...

  • 0

Популярное

Последние новости